Применение и проекты

Слово редактора

Какое, право, дело вам до тех, над кем пришли повеселиться вы

Никифоров Сергей Григорьевич, руководитель лаборатории «АРХИЛАЙТ», к. т. н.

Никифоров Сергей Григорьевич, руководитель лаборатории «АРХИЛАЙТ», к. т. н.

Уже давно никто не удивляется тому, что буквально все действия, совершаемые человеком в его цивилизованном обществе, выполняются по тем или иным правилам. О большинстве из них мы даже и не задумываемся — считаем их само собой разумеющимися. Очевидно, что не стоит искать ответа и источника правил, регламентирующих пешеходу, что ему требуется идти по пешеходной дорожке, а не по проезжей части. Никто не удивится тому, что приехавшие на свою остановку пассажиры выходят из трамвая первыми, а уж затем заходят те, кто только начинает путь. Таких примеров тысячи в нашей повседневной жизни, не говоря уже о каких-то особых случаях. Простые действия — простые правила. И определены они — неважно, в  законе или негласно — исключительно для удобства тех, кто ими пользуется и их соблюдает. Но вся их прелесть именно в том, что эти несложные моменты, ставшие уже сродни безусловным рефлексам в нашем поведении, хоть и формально, являются именно правилами, но по причине невозможности их невыполнения уже не могут претендовать на статус неких рамок и ограничений. По всей видимости, именно такими должны быть и различные законы и постановления, устанавливающие  ограничения и содержащие требования, — понятными, удобными, практичными и поэтому безусловными для их реализации. В этом случае талант и профессионализм законотворца будет состоять и проявляться именно в том, что даже при условии  введения в документ существенных ограничений или жесткого порядка действий он будет составлен так, что потенциально ущемляемый в действиях потребитель (тот, кто и должен выполнять закон) сможет легко его исполнять и в то же время не будет раздосадован этими ограничениями. Здесь же стоит отметить и то, насколько декларируемые правила будут однозначно трактоваться. То есть речь идет о некой законотворческой мудрости. Однако большинство наших законов, к сожалению, традиционно имеет не только волюнтаристское представление требований, но и явную неоднозначность их представления, особенно когда «дело доходит до дела». В результате, если продолжать историю с переполненным трамваем, подъезжающим к  остановке, но не где-то, а в Одессе, то ситуация окажется классической:

— Вы выходите на следующей остановке?

— Нет.

— Тогда давайте меняться.

— И что? Я выйду, а вы поедете дальше? 

Но это еще не самое худшее продолжение.

Читать далее...

Вполне вероятно, что в соответствующих правилах могут искусственно возникнуть условия, когда, следуя им, никто не сможет  либо выйти из трамвая, либо войти, но при этом сам трамвай все равно будет  следовать по маршруту. Но тогда для кого и зачем? А для того, кому можно отрапортовать, что транспорт в городе работает исправно: трамваи на линии. Очень похожая ситуация сложилась в нашем отечестве с законотворчеством в области аккредитации и национальной системы сертификации. Будто обозначенная система — это тот самый одесский трамвай, в который запрещено входить пассажирам, ездит по метрологическим рельсам наших лабораторий и сертификационных центров, с каждой остановкой ужесточая условия входа в свой салон. Однако если сертификационные центры катастрофически теряют свою актуальность из-за довольно быстрого развития института декларирования, поэтому могут, если что, доехать и на подножке, то лаборатории все же стараются протиснуться в салон, несмотря на слишком узкие двери, строгого контролера и непомерно высокую стоимость билета. Окупится ли такая поездка и нужна ли она вообще? Теперь уже ответ на этот вопрос  может оказаться отрицательным, и лаборатории предпочтут пройтись по рынку метрологических услуг пешком. Получается медленнее, зато проще, и вместо не прекращающегося ни на минуту доказательства постоянно увеличивающегося списка  критериев соответствия имеющейся аккредитации можно заняться делом и развивать свои компетенции на практике, а не только фиктивно и в угоду формальным требованиям. К сожалению, тренд изменения содержания законов в области аккредитации, формируемый соответствующим ведомством, направлен диаметрально против исполнителя этих законов и не только не создает ему удобство или пользу от их применения, а скорее делает все, чтобы самого исполнителя как можно быстрее не осталось в истории. Отсюда можно сделать вывод, что цель работы этого ведомства — не развитие отечественной системы сертификации с прежним высоким уровнем компетенции аккредитованных в ней лабораторий и центров, а  демонстрация перед ними административных возможностей и «талантов» законотворчества, при котором этим участникам системы на каждом шагу напоминают, что они здесь «без имени и, в общем, без судьбы».